Первые сочинские огнеборцы

В сентябре 1903 года черноморским губернатором Е.Н. Волковым был утверждён устав Сочинского вольного пожарного общества.

Учредители собрались во второй половине сентября для выбора правления и определения размеров членских взносов. Необходимы были средства для приобретения пожарных инструментов. Собрано было взносов к январю 1904 года 423 рубля. Этого было недостаточно, и потому правление общества обратилось к министру земледелия и государственных имуществ А.С. Ермолову с просьбой о выделении из средств министерства дополнительных денег на приобретение пожарных инструментов. Министр доложил царю, после чего было «Высочайше повелено» отпустить для Сочинского пожарного общества 200 рублей. Страховые общества предоставили ещё 100 рублей, и на всю сумму был выписан небольшой пожарный обоз. Это была пожарная машина (насос), бочки, две лестницы, топоры, ломы и багры, а также одна складная железная лестница длиной в 12 аршин. Таким образом, усилиями учредителей, при поддержке жителей Сочи и учреждений, было положено начало столь необходимой пожарной команды....

Но вскоре после получения оборудования случился неприятный конфуз. 17 июня 1904 года в полночь загорелся дом В.П. Семенова по Надеждинской улице.

Благодаря тихой погоде и усилиям местных жителей пожар ограничился лишь одним зданием. Тушение производилось самыми примитивными способами. Воду носили в кастрюлях, ведрах и даже... в кружках!

Ни топоров, ни крюков на тушении пожара не было, и потому горящие балки и доски приходилось отрывать руками. В церкви не посчитали необходимым ударить в набат, и на пожар явились лишь ближайшие соседи.

В довольно странное и почти смешное положение было поставлено на этом пожаре пожарное общество, которое, уже имея пожарную трубу и другие пожарные инструменты, явилось на пожар в лице нескольких своих членов с пустыми руками.

Дело в том, что, получив пожарные инструменты, пожарное общество обратилось к городскому старосте С.С. Савичу с просьбой разрешить устроиться на городской земле у амбара гребной флотилии, где бы можно было поставить пожарный обоз. На неоднократные напоминания г. Савичу об удовлетворении просьбы общества члены правления получали в ответ, что просьбу эту необходимо доложить собранию уполномоченных. Но прошло несколько собраний, а просьба общества не была доложена городским депутатам. Инструменты лежали упакованными в агентстве пароходного общества и не смогли быть используемы во время пожара. Конечно, вскоре постройка была разрешена. Но отношения с городскими чиновниками не сильно улучшились. В те годы рекомендации по пожарной безопасности, предлагаемые пожарным обществом, абсолютно игнорировались.

Наконец, 3 августа 1904 года состоялось «боевое крещение» Сочинского пожарного общества. В 9 часов вечера вспыхнул пожар во дворе Н.Т. Александрия. Загорелся деревянный сарай, в котором были сложены ящики, бочки и прочий горючий материал.  Огню не дали возможности распространиться на ближайшие здания.

Очень крупный пожар случился в ночь с 11 на 12 марта 1905 года. Горел сочинский базар. Тушило Сочинское пожарное общество своей пожарной машиной. Машину прислал и  начальник маяка. Несмотря на все усилия, сгорело 50 лавок. Убытки были 20 000 - 25 000 рублей.

***

29 июня 1910 года в цирке Калантадзе давали представление, половина сбора с которого должна была поступить на усиление средств Сочинского пожарного общества. Все пожарные были в цирке (за исключением часового на каланче), и когда первый номер представления был в самом разгаре, на пожарной каланче ударили тревогу. Также послышались крики как снаружи, так и внутри: «Пожар!». Всё это произошло так неожиданно, что публика, не поняв, где пожар, вообразила, что горит цирковой балаган. Произошло большое смятение; пожарные первые бросились во двор, а за ними и остальные, давя друг друга. Публики было очень много, но благодаря широкому размеру дверей люди успели очень скоро выбежать. Убеждённые администрацией, что в цирке благополучно, а пожар за речкой, на Хлудовской стороне, публика возвратилась обратно. Представление продолжалось до конца в порядке программы.

В октябре 1910 года сочинская пожарная дружина была «укреплена» неожиданным подкреплением. По инициативе М.А. Ермоловой и её личными стараниями в Сочи организуется первая потешная рота. Состоялась запись всех желающих – мальчиков от 10 до 17 лет. Они собрались около пожарного депо в количестве 80 человек. Это были преимущественно ученики местной прогимназии и министерского училища. Собравшиеся мальчики были выстроены по училищам. Вначале М.А Ермолова объяснила собравшимся мальчикам цель их организации, затем подпоручик местного гарнизона А.Е. Елизаров построил мальчиков и показал первоначальное учение. Под конец были устроены игры. Собрания потешных в учебное время происходило по праздникам. В каникулярное время собрания были чаще. Главными развлечениями потешных были военные игры с хоровыми пениями и музыкой. Предполагалось также устраивать для потешных игру в «фудбол» и организовать хор.

26 ноября «потешные» участвовали в тушении сразу нескольких пожаров. В 6 часов вечера начался пожар в квартире Михаила Руденко. Его жена затопила плитку и ушла, а сам Руденко был в кузне. Когда Руденкова возвратилась домой, то в квартире уже горело висящее возле печки платье. Огонь разгорался.

В полночь загорелся флигель на Бульварной улице, который был занят весь жильцами. Пожар произошёл от неисправностей дымохода на чердаке, а так как крыша была дранковая, то быстро вспыхнула. Огонь начал угрожать соседней постройке, через полчаса приехали потешные пожарные и старые дружинники Савенко и Бучинский, благодаря которым удалось локализовать огонь.

Того же числа часа в 2 ночи загорелся на участке Костарева сарай с сеном, который сгорел дотла, а лежащие под ним балки, приготовленные для постройки, с большим трудом удалось спасти.

Конечно, детям было очень трудно на пожаре. Когда привезли машину на пожар Костарева, её некому было снять. Только отец-дьякон, «движимый чувством человеколюбия», на себе подтянул машину к колодцу, утопая в грязи, и, сам давая пример, сзывал качать, но тщетно, хотя глазели на пожар целые толпы сочинцев. Так он сам неутомимо и качал, пока совершенно не выбился из сил.

***

Иногда сочинские пожарные подавали и дурные примеры.

В ноябре 1913 года во время тушения пожара по Надеждинской улице дружинник С., желая показать себя героем, начал ...обливать публику водой из шланга. На этот раз его геройство было сломлено лихим ударом новобранца; униженный и оскорбленный публично, дружинник С. не упал духом и благим матом заорал дружине: «Давай топор... Руби его... (далее следует площадная брань)!»

Случай этот, как оказалось, был уже не первый в Сочи. Так, на пожаре по Дагомысской улице на почтово-разгонной станции предшественник настоящего брандмейстера направил шланг... прямо в лицо начальника конторы. Его действие, очевидно, осталось безнаказанным, отчего некоторые дружинники пошли по его стопам.

Конечно, сочинские огнеборцы могли показать и образцы более высокой культуры.

Около часу ночи на 1 января 1915 года местный любительский духовой оркестр на каланче пожарной команды, приветствуя граждан с наступлением нового года, исполнил гимн: «Боже, Царя Храни». Привлечённые звуками сочинцы наградили оркестр громкими аплодисментами и криками «браво» и «ура!».

Использована хроника происшествий в Сочи, напечатанная в разных номерах газет «Сочинский листок», «Черноморский край» и «Черноморское побережье» с 1903 по 1915 год.